В институте иудаистско-христианских исследований, том 1, ноябрь 1986, раввин Бен-Ехуда опубликовал статью под названием Жертва Исаака.
Автор дает лишь одну установленную причину для исследования этого вопроса. “Все ответы евреев появились незадолго до того, как христиане заявили, что гнусность жертвы Иисуса на кресте исключает всякую возможность со стороны евреев принять идею о спасительной миссии Христа, а также его божественное происхождение. «В данной диссертации предпринимаются попытки показать, что евреи имеют некий инцидент на счету в продолжении истории. Это событие произошло до Страстей Господних и оказало значительное влияние на воззрения евреев» (страница 1). Единственным понятным мотивом для такого заявления является “схватка врукопашную” с этим вопросом.
Отправным пунктом является идея о том, что в иудейской вере есть слабое место, если в ней не будет жертв за грехи, посредством которых Бог может даровать людям Свою милость. “Поскольку жертвы в иудаизме больше не приносят, то каким же образом вы надеетесь обрести благодать Божию?” (страница 2). Раввин находит недостающую основу для милости в жертве Исаака. “Во время проведения церковных богослужений, вновь и вновь упоминаем “повязывание (принесение в жертву) Исаака” как причину для Бога автоматически простить грехи потомкам его (Исаака)” (страница 2).
After this introduction, the rabbi finds the following evidence that Isaac was actually sacrificed, as reported in Genesis 22, and then later raised from the dead. It is highly doubtful that the omniscient God suddenly felt the need to “test” Abraham. In fact, the radical word NS is used here instead of NSH. Thus, the translation of “test” is a direct misunderstanding of the text. It should be something like a “symbol” or “example” rather than a “test” (page 2). Why should the usual sacrifice of Isaac be considered as some kind of planetary event, as the Jewish religion tells us about it? (page 2).
“The Jewish Commentary reads ‘God in His Person ordered Isaac to sacrifice himself – but would Abraham allow an ordinary angel to overrule his Creator’s order?'” above. He said, “God commanded me to do this, and he alone can stop me” (page 2). The command not to harm Isaac meant that he must be sacrificed unharmed (page 3). The words can be interpreted as ‘ another Aries’ or ‘next Aries’ (page 3). Tahat bno means, rather, under his son, rather than instead of his son (page 3). “This” and “You did not spare your only son” Genesis 22:15-17 says that Isaac was sacrificed (page 3). The text tells that both Abraham and Isaac went up (to the mountain), but Abraham returned back alone (page 3). Abraham went straight to Be’re Sheva. Genesis 23:2 tells us that Sarah died at Kiriath Arba. That’s why Abraham couldn’t look Sarah in the eye after he sacrificed her only son. Sarah died of grief when she heard that Isaac was dead (page 3).
Also, Genesis 23:2 says Abraham “came” to mourn Sarah, but there is no mention of Isaac (page 3). In Genesis 24, Abraham is concerned about choosing a suitable “wife for Isaac”, that is, Abraham increased the seed in the name of Isaac. There was no suitable match for Isaac, and Rebekah was invited to this role and asked if she would agree to become his wife. Rebekah was extremely astonished to see Isaac alive; and she got down from the camel; then she knitted the veil and covered herself (page 3). Isaac went from the way of the well lahay roi’, the source of Life of the One who sees me. This passage indicates that Isaac was resurrected (page 4). And now in Jewish prayers we can observe some references to the resurrection (page 4). Isaac found solace after his mother’s death by marrying Rebekah three years after his sacrifice. From this we can judge that Isaac knew that he had been resurrected (page 4). The Jewish custom of Kidush Hashem is based on the death and resurrection of Isaac (page 4).
Each of these arguments is considered in order.
This argument is based on the conflict between the messages of Elohim God in Genesis 22:1-2 and the Angel of God in Genesis 22:11-12. The main idea is that Abraham understood them as two commandments that contradict each other, due to the fact that they come from different sources. Thus, he chose Elohim God as a higher authority than the angel of God and submitted to him.
The problem with this interpretation is that there is no other evidence in the Jewish manuscripts that the words of the angel of God contradict what God himself says. In fact, the angel of God conveys Yahweh’s commands so precisely that he sometimes speaks in the first person of I as Yahweh, as we can see from what is written in Genesis 16:10 and even at the end of Genesis 22:12. The linguistic confusion between the angel of God and Yahweh is clarified in Genesis 18 where the heavenly numbers are never called angels, but only humans and Yahweh, who behaves like a man and performs human actions. Similar explanations could be found in at least Genesis 18, as well as in Genesis 22:12, where the elliptical expression for the angel of God (Yahweh) is given. In Genesis 19 the same numbers are consistently called angels.
Книга Бытия 22:12 устанавливает соответствие между Элохимом Бога и ангелом Бога. В этом месте содержится утверждение: «Я знаю, что боишься ты Бога». В совокупности, текст не подразумевает конфликт между Богом и ангелом Божьим (см. статьи Ангел ЯХВХ (№ 24); Избранные как Элохим (№. 1) a также Пресуществование Иисуса Христа (№ 243)).
Поскольку данный аргумент противоречит третьему аргументу, однако же, необходимо выбрать ту или иную интерпретацию (толкование). Оба толкования неприемлемы. Если мы примем две возможные интерпретации первой половины стиха 12, то вторая половина проливает свет на то, какие именно из них можно считать состоятельными. Согласно аргументу номер четыре, значение текста можно толковать таким образом: “Не причините вреда Исааку, ибо его жертва должна быть незапятнанной: Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего для Меня”. Между первой и второй половиной стиха, похоже, нет никакой связи. Согласно традиционному толкованию смысл текста должен быть таким: “Не причиняй вреда Исааку или же не приноси его в жертву до конца: ибо я знаю, что ты боишься Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего для Меня” В таком случае, текст приобрел бы иное значение. Первая половина прерывает жертву, а вторая половина показывает, что испытание закончено, поскольку Авраам все же вернулся один (ср. статью Ангел и Жертва Авраама [071]).
Слова можно толковать как “еще один овен” или же “(по)следующий овен” (страница 3). Смысл же заключается в том, что овен был дополнительной жертвой к жертве Исаака, поскольку он “еще один” или же “последующий (тот, кто после)”. Стандартное Исправленное Издание Библии дает перевод “ахар/другой/еще один” как “за ним”; при этом местоимение начертано курсивом, с тем чтобы было понятно, что оно (местоимение) добавлено. Издание NIV упускает это слово, так что получается слитный фрагмент “вот в чаще он увидел овна, запутавшегося в рогами своими.”
В этом отношении раввин прав. Наиболее обоснованным толкованием с точки зрения лингвистики и логики было бы слово еще один овен. Также верно то, что Исаак — единственная фигура, которая может «выполнять функции» первого овна, поскольку (в Библии) содержится довольно четкое утверждение относительно того, что ни одно другое животное не использовалось а ритуальных целях в книге Бытия 22:7. Тем не менее, это не означает причину того, что Исаак поэтому был принесен в жертву. Это всего лишь означает, что он был овном, которого преподнесли в приношение (Богу). Овен, который находился в чаще был еще одним животным, предназначенным для всесожжения.
Действительно, верно, что слово tahat означает под. В таком значении оно употребляется в книге Бытия 1:7. Тем не менее, слово также обозначает понятие вместо, и в таком значении употребляется в книге Бытия 2:21 “взял одно из ребер его и закрыл то место плотью”. В данном случае было бы нелепо переводить под. Слово употребляется в значении вместо в книге Бытия 4:25; 30:15; Левит 14:42; 2Царств 19:14. В книге Бытия 7:19 употребляется под; Исход 32:19; и, вероятно, 1Паралипемнон 29:34. Оно употребляется в значении ради в книге Исход 21:26. Оно употребляется в значении посредством в Псалмах 66:17. Также оно употребляется как несмотря на, поскольку в книге пророка Исаии 60:15. В конце концов оно согласовано с другими частицами, которые могут менять значение слова в книге Иеремии. Огромное разнообразие значений слова, а также факт их использования в значении «под, во власти» в меньшинстве случаев употребления в Библии, говорит против того, что говорит раввин. В конце концов, значение «под, во власти» не имеет под собой никакой рациональной основы. Если бы овен был принесен в жертву под Исааком, как бы его туда поместили, если Исаак уже был привязан к алтарю? Если овен приносится в жертву под Исааком, то, по всей видимости, овен не “ахар/другой/еще один” не второй, а первый. Перевод вместо — единственный перевод, который вообще обоснован с точки зрения лингвистики.
“сие дело” и “ты не пожалел своего сына” в книге Бытия 22:15-17 показывает, что Исаак был принесен в жертву (страница 3).
Раввин обращается к выражению в книге Бытия 22:16 не пожалел сына твоего; и эта фраза указывает нам на то, что Исака все же принесли в жертву. То же самое выражение, loo chasakhtaa eth binkhaa, можно найти в книге Бытия 22:12. В книге Бытия 22:12 Авраам определенно говорил об Исааке как еще не принесенном в жертву, и, тем не менее, он уже исполнил именно то, о чем в Библии впоследствии будет сказано “ты не пожалел своего сына”. Поскольку в книге Бытия 22:12 из соответствующего фрагмента точно не ясно, было ли все-таки принесено всесожжение или же нет, то и нет особой причины полагать, что в стихе 22:16 речь идет непосредственно о всесожжении, о принесении Исаака в жертву.
В тесте содержатся сведения о том, что Авраам и Исаак поднялись (на гору), о чем пишется в книге Бытия 22:8, но назад пришел лишь Авраам 22:19 (страница 3).
Описание событий раввина вполне точен. Тем не менее, не подлежит сомнению, что речь идет о том, как они шли наверх, и лишь один из них спустился вниз. И это означает, что Исаак не возвратился. В книге Бытия 12:14 говорится о том, что Аврам пришел в Египет. Нет никаких упоминаний о том, что Сара пришла вместе с ним. В действительности, предыдущие стихи показывают, что Аврам боялся брать ее с собой в Египет. Используя метод толкования раввина, мы вполне можем прийти к заключению о том, что в последний момент они решили, что ей не следует идти, но просто поддерживать с ними отношения. Увы, несмотря на то, что в текстах говорится о поездке Аврама в Египет, смотри, в том же самом стихе говорится далее “Египтяне увидели, что она женщина весьма красивая”. Если бы это не относилось к стиху семнадцать, где упоминается имя Сары, мы, опять же используя метод толкования раввина, могли бы даже прийти к заключению о том, что у Аврама была другая или же временная жена с которой он поехал в Египет.
Бытие 22:19 содержит в себе заключение о том, что они пошли вместе с Бер Шебой (Beer Sheba). Хотя мы имеем упоминание о молодых людях, мы с таким же успехом можем сказать, что Исаак пошел вместе с ними, если мы предположим, что Сара отправилась в Египет в книге Бытия 12.
Аврам направился прямиком к Be’re Sheva. В книге Бытия 23:2 говорится о том, что Сара умерла в Кириаф-Арбе. Поэтому Авраам не мог посмотреть в глаза Саре после того, как он принес в жертву ее единственного сына. Сара же умерла от скорби, услышав, что Исаак был мертв (страница 3).
Раввин высказывает предположение о том, что Аврам отправился к (Beer Sheba) вместо того, чтобы возвратиться к Саре. Однако, в книге Бытия 21:33, лишь два стиха перед тем как была отдан приказ о принесении Исаака в жертву, Аврам живет в Бир Шеба. И хотя текст об этом не говорит, но не трудно предположить, что его жена Сара находилась (проживала) вместе с ним. Бытия 21:34 говорит о том, что Аврам жил в Бера Шаба на протяжении долгого времени. Выражение ‘долгие дни’ не несет такого смысла, который присущ английскому варианту всего лишь на протяжении двух недель. Выражение очень сходно с вариантом в Псалмах 23:6, перевод которого приведен в Стандартное Исправленное Издание Библии, а также в издании NIV. В повествовании книги Бытия 22:1 мы можем наблюдать непоследовательность отдельных фрагментов с книгой Бытия, таким образом, мы можем предположить, что Аврам в те времена жил в неизвестной местности. Однако же, в книге Бытия 22:19 говорится о том, что он направился Бир Шеба, следовательно, мы должны предположить, что он отправился оттуда, а Сара его там ожидала, если, на самом деле, она не ждала молодых людей. В тексте абсолютно нет никакого упоминания о Саре. Таким образом, согласно методу толкования раввина, мы видим, что этот факт может означать то, что она умерла и вновь воскресла с тем, чтобы вновь умереть в книге Бытие 23.
Самый дучший способ для понимания текста — это предположить, что Аврам и Сара жили в Бир Шеба, (Beer Sheba) по крайней мере, до того, как закончились события, о которых говорится в книге Бытия 22:19. Это еще одно непонятное место в библейском повествовании книги Бытия 22:20, которое мы можем проследить до событий в начале книги Бытия 23. Итак, из текста мы не можем найти причину для предположения о том, что Аврам избегал Сару.
В книге Бытия 23:2 говорится о том, что Аврам “пришел” рыдать по Сарре, однако об Исааке нет абсолютно никаких упоминаний (страница 3).
Раввин предполагает, что Исаак, должно быть, умер поскольку нет никаких сведений о том, что он присутствовал на похоронах своей матери Сары. Кроме того, как мы уже имели возможность убедиться, такой вывод из текста был бы необоснованным. Становится ясно, что Сара отправилась в Египет, хотя, основываясь на тексте, мы можем видеть лишь упоминание о том, что только Аврам отправился туда. Нет никаких сомнений, что Сара была жива на протяжение событий, о которых шла речь в книге Бытия 22, хотя и нет никаких утверждений относительно того, что она присутствовала во время проведения важного ритуала. Также из текста становится очевидным то, что Исаак был жив на момент смерти своей матери. Судя из событий, описанных в книге Бытия 22:12 и Бытия 24:6, мы можем прийти именно к такому заключению.
Во фрагменте Бытия 24 повествует о том, что Авраам заботится о выборе подходящей “жены для Исаака “, то есть, Авраам увеличил семя во имя Исаака. Для Исаака не было подходящей четы и на эту роль пригласили Ревекку и спросили, согласится ли она стать его женой. Ревекка была крайне изумлена, увидев Исаака живым; и она спустилась с верблюда; затем она вязла покрывало и покрылась (страница 3).
Первый пункт аргументации раввина заключается в том, что Авраам должен искупить Исаака, который был мертв тем, что увеличит он семя его, дав жену для Исаака. Этот аргумент легко обнаруживает собственную несостоятельность в силу своей несогласованности с событиями, изложенными в книге Бытия 24:6. Аврам отдает приказание своему рабу не возвращать своего сына в ту страну, из которой он пришел. Сам напрашивается вывод о том, что Исаак был жив и что жена предназначалась (ее искали) для него лично.
Второй пункт аргументации раввина заключается в том, что от Исаака нет никаких (приношений) и мнение Ревекки рассматривается очень тщательно. Следовательно, Исаак мертв. Тем не менее, нет необходимости упоминать приношения Исаака, поскольку мы можем смело предположить, что в расцвете сил в сорок лет он очень хотел жениться. О его же приношениях необходимо упомянуть лишь в противоположном случае. Тщательное изучение высказываний Ревекки не противоречит общепринятым в те времена обычаям заключения браков или же свадебных обрядов Ближнего Востока. Предполагать обратное — значит проявлять предубеждение западников.
Третий же пункт аргументации раввина заключается в том, что поведение Ревекки (то, что она спустилась с верблюда и покрыла свое лицо) может означать изумление от того что Исаак воскрес. В книге Бытия 24:64 что она спустилась с верблюда. Корень N-P-L обычно употребляется в значении «падать». Это одно из двух основных лексических единиц, которые употребляются для обозначения понятия «спуститься с горы или сойти с транспортного средства». Оно употребляется в таком значении в 2Царств 5:21 а также в книге Бытия 24:64. Толкование раввина не представляет собой необходимое умозаключение с точки зрения лингвистики. Если бы женщина упала с высоты верблюда, который намного выше, чем лошадь, то это, неизбежно бы привело к куда более значимым последствиям, чем просто покрытие лица. В сельской местности Ближнего Востока и сегодня практикуется обычай слезать с горы, если вдруг она встретит мужчину, идущего ей на встречу по дороге. Нет ничего, что выказывало бы удивление в поведении Ревекки. Наоборот, ее поведение абсолютно не выходит за рамки норм; этот факт говорит как раз против неожиданного воскресения.
Исаак пришел из тех мест, где есть колодец lahay roi’, Кладязь жизни Того, кто видит меня. Эта фраза служит ссылкой на то, что воскресение имело место. (страница 4).
Раввин истолковывает события то обстоятельство, что Исаак пришел оттуда, где есть колодец lahay roi’ в качестве доказательства того, что он воскрес. Тем не менее, слова в тексте не имеют такого символического значения. Они относятся к реальному колодцу с водой, имя которому дала Агарь; о ней повествуется в книге Бытия 16:13-14. Значение, которое Бог вкладывает в это понятие закреплено в опыте Агари, но никак не Исаака. Более того, это никак не может служить доказательством того, что Исаак воскресал.
Упоминание о воскресении в иудейских молитвах в настоящее время (страница 4).
Раввин приходит к заключению о том, что упоминание о воскресении в иудейских молитвах, поскольку оно выражено настоящим временем в еврейских рукописях, подразумевает, что Бог уже есть тот, кто воскрес мертвых. Поскольку Бог уже сейчас есть тот, кто воскресил из мертвых, то он должен был воскресить Исаака. Если мы примем это предположение раввина о том, что Бог уже есть тем, кто воскресил из мертвых, то это вовсе не служит доказательством того, что Исаак — один из тех, кто воскрес. Существуют библейские ссылки с другими людьми, которые поднялись из мертвых, а именно сын вдовы по имени Илия (1Царств 17:17 и посл. стр.), а также сына женщины сунаметянки во времена Елисея (2Царств 4:8 и посл. стр.).
Хотя еврейские молитвы могут отражать нечто очень важное в жизни иудеев, именно это было, в первую очередь, целью исследования раввина, они не могут быть прямыми доказательствами того, в действительности ли текст Бытия относится к принесению Исаака в жертву.
Исаак нашел утешение после смерти своей матери после того, как он женился на Ревекке три года спустя после самого события (воскресения — прим. перев). Это говорит нам о том, что знал об этом, когда он воскрес (страница 4).
Подобные выводы необоснованны. Конечно же, вероятно, что Исаак мог оплакивать свою мать на протяжении трех лет до того момента, когда он не женился и не обрел утешение в этом браке. Нет доказательств тому, что Исаак умер и воскрес.
Еврейский обычай Кидуш Хашем основан на смерти и воскресения Исаака (страница 4).
Хотя вера в смерть и воскресение Исаака могли оказать влияние на некоторых евреев и направить их в лоно веры в мученичество, это убеждение вряд ли может отражать истинную веру. Такая система убеждений не является доказательством или поводом для веры в смерть и воскресения Исаака, вопреки фактическому положению вещей.
На данном этапе анализа мы уже можем вынести общую оценку исследованию. Первая проблема заключается в мотивах аргументации раввина. Его методы доказательства довольно несообразны, отсюда следует вывод о том, что и результаты его умозаключений. Единственным обоснованным мотивом для изучения данного текста — это найти истину, истину о том, что первоначально подразумевалось и каким именно образом это может повлиять на вероисповедания. Раввин не заинтересован в том, чтобы искать правду, с его слов, им движет желание отыскать христианские мотивы в иудаизме. Он пытается найти некую замену той роли, которую религия традиционно отводит смерти Иисуса на кресте как источника божественной благодати. Преследуя именно эту цель, он ухватился за принесение Исаака в жертву.
Данная посылка так и остается необоснованной. Высказывание о том, что лишь вера в мучеников и воскресших из мертвых автоматически сделает возможным для Бога простить людям их грехи абсолютно безосновательно. И хотя данная посылка и принята в христианстве, в обязанности теоретика иудаизма входит показать (продемонстрировать) вескость, мотивированность и обоснованность этого высказывания. Раввин и не предпринимает подобных попыток. Он лишь признает эту точку зрения христиан и исходит из нее. А это серьезный методологический промах.
Существуют несколько видов «пробелов» в аргументации раввина. Прежде всего, необходимо отметить, что здесь налицо несколько лингвистических ошибок. Такое ощущение, что имеешь дело с компьютерным (запрограммированным) мышлением, которое лишило исследователей базового лингвистического образования. Склонность к выбору одного слова и попытка повсеместно применять его, обуславливает механическое, поверхностное отношение к сути вопроса и отсутствие аналитической целостности, о которой никто не имел ни малейшего представления во времена буквалистского перевода. Подобную методологию доказательства своих тезисов можно встретить у раввина, в особенности, когда речь идет о его толковании tahat (вместо) и tippol (она спустилась. То, как он употребляет эти слова — вопиющая ошибка в переводе.
Помимо перечисленных выше, имеют место и другие проблемы лингвистического характера. Невозможно образно толковать текст, когда речь идет об абсолютно буквальном его значении. Раввин совершает эту ошибку при толковании выражения колодец lahay roi’. Еще одна лингвистическая ошибка заключается в том, что он употреблял это выражение в том же самом контексте, но в двух различных значениях, хотя контекст этого и не требует. Раввин так же поступает с выражением не пожалел сына своего, которое дважды встречается в упомянутом отрывке. В конце концов, раввин представляет лингвистические аргументы, которые не относятся к вопросу так, как будто это были его мысли о радикальном N-S-H.
Более того, здесь имеют место ошибки логического характера. Раввин выдвигает противоречивые толкования значений книги Бытия 22:12 в качестве доказательств того же самого толкования жертвы Исаака. С точки зрения логики — это абсурд и в этом огромный недостаток его аргументов. Раввин выводит необоснованные умозаключения из того, о чем в тесте и вовсе нет никаких упоминаний: что Исаак не возвратился вместе с Авраамом после жертвы, что Исаак не присутствовал на похоронах своей собственной матери, а также то, что Исаак не был причастен к намерениям о собственной женитьбе. Аргумент, который не имеет под собой никаких оснований, не может стоить больше, чем ноль. В конце концов, раввин допускает логические ошибки, когда он делает необоснованные выводы из утверждений, которые содержатся в тексте. Он приходит к заключению, что Сарра была в Кириаф-Арбе, когда Аврам был в Бир –Шебе, на основе того, факта, что она там умерла. В тексте не содержится достаточно данных для того, чтобы делать подобного рода выводы.
Раввин приходит к ложному заключению относительно этнокультурных особенностей нации и психологических ее черт. Он заблуждается в результате своих исследований чувств женщины в связи с заключенным браком. Он ошибается, считая, что Исаак не оплакивал свою мать на протяжении трех лет.
В учении раввина имеют место, по крайней мере, две роковые ошибки. Первая заключается в том, что, по его мнению, существует некий конфликт между Элохимом Богом и Ангелом Божьим. В святом Писании, однако же, нет ничего, что наводило бы нас на эти мысли, текст абсолютно этого не требует, и это порождает проблемные теологические вопросы, о которых раввин не упоминает. Идея о конфликте между Элохимом Богом и ангелом Бога является абсолютно неприемлемым, если исходить из библейских повествований.
Второй роковой ошибкой есть то, что раввин не понимает суть текстов должным образом, т.е. он не понимает буквальной сущности библейских повествований, в которых речь идет как раз против смерти и воскресении Исаака. Среди посылок, которые содержатся в книге Бытия 24:6, есть та, согласно которой Исаак жив на том временном промежутке, когда он, согласно теории, еще не воскрес.
Бесспорный вред исследовательской работе раввина наносит его неспособность правильно распознать и увидеть смысл текста и его отображение в фрагментах Святого Писания; именно этот фактор создает существующие проблемы. Наиболее очевидными из них являются тексты книги бытия 22:2, а также Бытия 22:16, где Исаак назван единственным сыном Авраама. Вот уж никак мы не можем сказать, что Исаак был единственным сыном Авраама. Это один момент, который наиболее очевидным образом требует рассмотрения и мы можем поблагодарит раввина Бен-Ехуда за то, что он поднял этот вопрос.
Оставшаяся часть этого исследования направлена на фундаментальный пересмотр библейских текстов, однако мотивы новых толкований как раз и обнаруживают изначальные несоответствия в рамках его работы. Основной посылкой явилось то, что мазоретский текст иудейской Библии, по крайне мере, что касается книги Бытия 22, имеет вполне удачную и гармоничную структуру.
В книге Бытия 22:2 (а также в Бытии 22:16), Исаак назван единственным сыном Авраама. Это абсолютно противоречит тому, чт мы можем видеть в мазоретских текстах книги Бытия 16:15. Там говорится о том, что Агарь родила Аврааму сына, который был наречен Измаилом. В книге Бытия 17:17-19, становится очевидным, что Измаил был жив до рождения Исаака. Кроме того, в книге Бытия 21:2-3 есть сведения о том, что Исаак родился после обрезания Измаила в возрасте тринадцати лет (Бытие 17:25). В конце концов, в книге Бытия 25:9 говорится о том, что Измаил был жив после событий, о которых упоминается в книге Бытия 22, Исаак же — нет. Следовательно, согласно библейским текстам, именно Измаил был единственным сыном Авраама во времена событий, о которых шла речь в книге Бытия 22 или же в любое другое время до них. (библейских событий)
Кроме текстовых неувязок, существуют еще и другие проблемы с повествованием. Иудаизм в общем и целом истолковывает данное повествование как откровение Аврааму (т.е. Бог говорит, что он не приемлет человеческих жертв. Христианское же толкование данного повествования в общем делает акцент на том, что библейское сказание об Исааке иллюстрирует мораль о послушании. Таким образом, христиане неизбежно сталкиваются с теологическим противоречием, когда речь идет о приношении сына во всесожжение. Подобный приказ идет вразрез с заповедями, о которых идет речь в книге Исхода 20:13, Не убий. И хотя теологи могут находить какие-либо решения этой проблемы в своих умах, тем не менее, большинство христиан находятся в затруднительном положении. Они не могут понять, как Бог мог отдать распоряжение кому-то убить собственного сына.
Если же мы будем придерживаться общепринятой точки зрения – относительно того, что Бог на самом деле отдал приказ Аврааму убить своего собственного сына – тогда появятся неизбежные противоречия в самом библейском повествовании. Рассказ, который содержится в книге Бытия 22:7-8 не согласуется с ходом событий, где Авраам намеревался в действительности убить Исаака. Исаак спрашивает, где же жертвенный агнец так, как будто этот агнец не он сам, а его еще предстоит принести. Авраам же отвечает таким образом, как будто в жертву будет принесен именно агнец, а не Исаак. И в дальнейшем, у нас нет никаких доказательств, которые бы говорили в пользу версии о том, что Авраам позднее предупредил Исаака о том, кто будет принесен в жертву на самом деле. Как бы там ни было, но Исаак сознательно и охотно шел со своим отцом.
Собственно говоря, Библия, в действительности, описывает случай, когда отец берет с собой сына, идет в уединенное и тщательно охраняемое место, в котором нет никого, кроме мужчин, совершает инсценированный акт приношения своего сына в жертву, затем приносит на самом деле животное во всесожжение и, очевидно, возвращается без сына. В течении всего процесса Исаака называют единственным сыном. Нигде более в библейских повествованиях о нем нет таких упоминаний. Данный фактор является исключением в этом событии. Событие состоит из культовых деяний жертвоприношений и реплик или же вопросов и ответов. Текст представляет собой согласованную в логическом отношении систему, несмотря на бессвязность и непоследовательность некоторых реплик. Текст игнорирует теологические проблемы божественного искушения и приношения в жертву людей, как будто эти вопросы не достойны внимания.
На данном этапе мы ничего не можем добавить на основе библейских источников. Необходимо рассмотреть пояснительный материал за пределами текста. Есть несколько факторов, на которые необходимо обратить внимание. Если возможно, то нам следует найти примеры инсценированные акты приношения в жертву молодых людей своими отцами или же кем-либо другим, кто практиковал замену жертвы и убивал животных. Эти события, связанные с жертвоприношением должны включать в себя целые серии реплик, которые могут игнорировать действительную ситуацию.
В 1909, A. ван Геннеп точно определил этот тип ситуации в своей книги Les rites de passage. Обычай, о котором упоминается в данном фрагменте, совершают над мальчиками определенного возраста, хотя существуют также и подобные обычаи, которые в ином этнокультурном контексте касаются также и девочек. Обычай всегда включает в себя установленные ритуалом реплики в процессе того, что называется иницианизацей. Практикуются инсценированные (символические) акты убийства молодых людей, вместо которых приносятся в жертву специально предусмотренные для этого ритуала животные. Кроме того, при совершении культовых действ практикуется символическое воскресение для молодых людей, которых якобы принесли в жертву. Обычаем часто был установлен период уединения или, в частности, особое внимание уделялось тому, чтобы лица противоположного пола не присутствовали при церемонии жертвоприношения. В конце жертвоприношения, считалось, что молодой человек перешел рубеж от детства к взрослой жизни. Таким образом, он может жениться, а также выполнять иные обязанности и брать на себя, соответственно, другие вещи, которые отличают взрослых от детей; или же, мы можем сказать, что он переходит от одного состояния (статуса) в другую, взрослую жизнь.
Хотя примеры подобных литургий или ритуалов, о котором упоминается в соответствующем фрагменте текста, можно найти в нелитературных источниках, существуют примеры текстов ритуального характера. Причем, имеющие такую же структуру тексты можно встретить у разных народов мира. Примером одного из таких текстов может служить первая глава Катопанишад (Kathopanishad), одной из ведийских (произведений) упанишадов (Upanishads), известных из классических рукописей, памятников древнеиндийской литературы. Бесспорно, существует множество древних текстов во всем мире, относящихся к инициации (обряду посвящения во что-л. — прим. перев.)., так что у нас вовсе нет причины удивляться тому факту, что мы видим проявление этой тенденции и в Библии. Совершенно очевидно, что история с жертвой Исаака включает в себя и, соответственно, подразумевает все необходимые элементы подобного инсценированного обряда жертвоприношения.
Если история дает нам фрагментарные сведения о литургии, то и реплики участников этого действа также должны подчиняться установленным нормам. Ритуальные диалоги представлены так, как будто они имели место в определенное время, в определенном месте; в обряде принимали участие особые люди. Тем не менее, это все нужно понимать так, как культовый элемент, вполне присущий той или иной этнокультурной среде.
Ритуал начинается с наущения Бога, который зовет Авраама в книге Бытия 22:1. Ответ Бога в стихе 2 обличен в традиционные реплики, которые употребляются в церемониях подобного рода. Это и служит объяснением тому обстоятельству, что Исаак назван здесь единственным сыном. Это есть часть ритуала. Очень вероятно то, что ритуал имеет отношение к первенцу каждой женщины. Фиксирование первого деторождения — отличительная особенность Библии, которая присутствует на протяжение всего Писания.. Посвящение первенца каждой женщины поначалу описывается в книге Исхода 13, а также в более поздних фрагментах Писания. Выражение обычно отражало истинное положение вещей; исключение составляли лишь случаи многобрачия, что мы можем наблюдать с Авраамом. Хотя даже в случае многоженства, употреблялись те же самые слова, что и при обряде жертвоприношения, поскольку вес эти культовые действа были неразрывным образом связаны между собой и, таким образом, для обряда всесожжения всегда использовались те же самые слова и выражения.
Общие характерны черты обряда, о котором идет речь, следующим образом вплетены в общее полотно истории книги Бытия. Группа участников церемонии, состоящая вся из мужчин отправлялась в трехдневный путь для всесожжения (Быт. 22:3,4). Те, кто не принимал самое активное участие, оставались на страже и ждали, пока вернутся основные участники (действа) (Быт. 22:5). Большинство обрядов, один из которых мы можем видеть в Библии, предусматривают использование ритуальных принадлежностей, таких, например, как дерево для всесожжения, огонь и нож (Быт. 22:6). Большинство ритуалов, о которых речь идет во фрагменте, предусматривают использование стандартного текста, реплик, которыми обменивались участники церемонии (отвергнутые и посвященные) (Быт 22:7,8). Кроме того, большинство обрядов, один из которых мы можем видеть в Библии, предусматривают приготовления к всесожжению и совершение инсценированных (символических) актов посвященных, в которых он связан и заперт в темном помещении (Быт. 22:9-10). Также, Большинство ритуалов, о которых речь идет в Писании включает в себя замену жертвы, что отражается в ряде реплик и ритуальных разговорах (Быт. 22:11-13). Многие ритуалы из фрагмента Святого Писания подразумевают присваивание имени (названия) посвященному или, что случалось гораздо реже, отверженному (Быт. 22:14). Большинство инсценированных (символических) культовых действ из фрагмента Писания заканчиваются благословением посвященного, введением его во взрослую жизнь и присваиванием ему соответствующего статуса (Быт. 22:15-18). Некоторые ритуалы, о которых речь идет в данном фрагменте (Библии) требуют того, чтобы тот, кого якобы приносят в жертву, должен сам найти дорогу домой. Это делалось для того, чтобы он показал себя в новом положении (статусе) (Быт. 22:19).
Текст книги Бытия 22 исследовался с точки зрения культовой структуры. В библейском тексте не было найдено несогласованности и несовместимости в толковании.
Повторная интерпретация текста как ритуала во фрагменте (Библии) дает средства для наиболее несогласованных мест в книге Бытия 22. Как мы можем увидеть, что все это гармонично переплетается с бессвязностью и непоследовательностью реплик, а также с весьма неуместным утверждением о том, что Исаак — единственный сын Авраама. Теологическая несогласованность фактов (имеется ввиду то, что был отдан приказ о приношении в жертву человека) исчезает. Искушение Господа сведено до требования об искуплении первенца от каждой женщины или же, отсюда следует мораль о том, что Авраам должен служить образцом для подражания для последующих поколений.
Можно задавать и впредь этот вопрос, имеем ли право толковать текст как нечто, подразумевающее инсценированных (символических) культовых действ, поскольку в тексте нет ничего, что говорило бы нам о таком положении вещей. С таким же успехом можно встать на противоположную сторону толковать наоборот. Иначе, толкование текста не привело бы ни каким результатам, о которых упоминалось выше. Мы остались бы тогда с теми же самыми аргументами, одни из которых менее, а другие более очевидны. Мы можем найти оправдание для себя, поскольку мы принимаем версию инсценированных (символических) культовых действ в силу еще большего числа причин, поскольку эти культы очень широко распространены по всему миру, и в частности, во многих странах в Австралии, Азии, Африки и Америки. Факт присутствия этих культовых систем в религиозных текстах, таких как Катопанишад (Kathopanishad), хотя и наводит на мысли, но вовсе не заставляет нас принять эту версию. Мы можем найти оправдание для себя, поскольку мы принимаем версию инсценированных (символических) культовых действ в силу предписаний в книге Исхода 13 искупать первенцев. Имеются многочисленные ссылки на этот обычай, его описания. Все, о чем упоминается в (Библии) должно иметь каким-то образом свое применение. Об этом обычае мы можем прочитать в книге Бытия 22.
Необходимо, однако, заметить, что этот текст, Жертва Исаака, оказал весьма существенное влияние на содержание религиозных обрядов. Неверное понимание заключается в том, что Бог мог предписать кому-либо принести в жертву человека; оно дало повод для религиозной критики вообще, с одной стороны, и за непостоянство религиозных традиций, с другой. В иудаизме, мораль истории заключена в том, что Бог через письмена научил Авраама, чтобы он не принимал человеческих жертв. Предписание было передано в письменном виде, поскольку, обычай приносить в жертву людей в Ханаане мог, в ином случае оказать влияние на Авраама и его потомков.
Христианство же видело мораль всей этой истории в том, что послушание Авраама надлежит взять за пример для подражания. Как иудаизм, так и христианство использовали историю в качестве источника критики Ислама. Коран (Qur’an) ([37]:103-106) [предположительно ред.] говорит о том, что имели место те же самые события, только вместо имени Исаак употребляется имя Ишмаэль. Толкователь мусульманства мог иметь ввиду “единственного сына” в книге Бытия 22:2 как след подлинного текста, обращаясь к Ишмаэлю, который был единственным сыном Авраама в реальной жизни. Это человек выдвинул идею о том, что текст был искажен евреями, которые вместо Ишмаэля употребили имя Исаака В первоначальном оригинале, события приобрели бы иной оборот. Как Ишмаэлю, так и Исааку, будучи первенцами у своих матерей, было бы необходимо искупить себя. Др. МакЕлвин заканчивает текст следующим комментарием: Искупление во время посвящения, замена жертвы совершалась для них обоих. В конце концов, библейский текст последователен и Библия и Коран одинаково правы. Мы все обезоружены и принуждены мирно сосуществовать. Можем ли мы подняться до того, чтобы бросать подобные вызовы?
Тем не менее, существует очень серьезная ошибка в предположениях, которые касаются Ислама и жертвы Ишмаеля (Измаила). Текст в Коране в Суре 37:103-106 абсолютно не имеет отношения к Измаилу.
Предположение основывается на том факте, что текст в Суре 37:112 затрагивает впоследствии рождение Исаака. Затем делается предположение, что тексты относятся к Измаилу, а затем к Исааку. Факт в том, что в тексте, в сущности, содержится ссылка на благословение Исаака как праведного пророка, судьба которого была предопределена еще до его рождения. Текст упоминает рождение Исаака, а также то, как он получил благословение на пророческую деятельность, или статус пророка с тем, чтобы занять место среди других библейских пророков (с Ноем (37:79-82, Авраамом (37:83 и далее.), Исааком (37:112 и далее), Моисеем и Аароном (37:120 и далее), Илией (37:130 и далее), Ионой (37:139 и далее)). Аврааму было это объявлено еще до рождения Исаака. Как бы там ни было, но фактом остается то обстоятельство, что Сура 37 не имеет ничего общего с Измаилом и повторяет полностью историю книги Бытия 22:2, а также 25:5-6, 9, 11, 12. Таким образом, Исаака занял место пророка, одного из тех, кто в почетных рядах, отсюда происходит название (имя) Сура. Сура рассматривает поклонение ложным богам и богам этого мира, что является само по себе целью истории принесения Исаака в жертву. Это соглашение с Авраамом было сигналом для того, чтобы упразднить обычай приношения жертвы, который практиковался во времена языческих культов в честь Молоха и Вааль Иштар. В Аравии приношение в жертву людей было обычным делом и до того, как люди перестали поклоняться Золотому и стали на путь христианства (см. статью Золотой теленок (№ 222)). Роль Измаила в этой истории в полной мере определяется предположением о том, что двойное упоминание о рождении в Суре 37:101, 112 относится, таким образом, к Измаилу и Исаак с Измаилом не получили имя. Это предположение было высказано снова с тем, чтобы подтвердить наличие конфликта между Кораном и текстом в книге Бытия. Исходя из этого современный ислам отрицает богодухновенность Писания и Закона Бога в Торе; это делается для того, чтобы найти оправдание для различий и несоответствий, которые существуют между Писанием и Законом Бога. Давайте посмотрим на весь текст, в частности, тот его фрагмент, который касается Аврама и Исаака:
99(101). И Мы обрадовали его кротким юношей.
100(102). A когда он дошел до труда вместе c ним,
101. Он сказал: “Сынок мой, вижу я во сне, что закалываю тебя в жертву, и посмотри, что ты думаешь”.
102. Он сказал: “Отец мой, делай, что тебе приказано; ты найдешь меня, если пожелает Аллах, терпеливым”.
103(103). И когда они оба предались Аллаху и тот поверг его на лоб,
104(104). и воззвали Мы к нему: “O Ибрахим!
105(105). Ты оправдал видение”. Так Мы вознаграждаем добродеющих!
106(106). Поистине, это – явное испытание.
107(107). И искупили Мы его великою жертвой.
108(108). И оставили Мы над ним в последних:
109(109). “Мир Ибрахиму!”
110(110). Так вознаграждаем Мы добродеющих!
111(111). Ведь он был из рабов Наших верующих.
112(112). И обрадовали мы его Исхаком, пророком из достойных,
113(113). и благословили и его, и Исхака; a в потомстве их – и добродеющий и несправедливый к самому себе явно.
(Перевод Пиктола)
Затем текст переходит в следующую фазу и здесь рассматривается генеалогия пророков по линии Авраама и Исаака, а именно, Моисея и Аарона (37:114). Однако, здесь не содержится никаких упоминаний о генеалогии Измаила или арабов. Если об Измаиле и есть какие-то сведения, то они — случайны, употребляются лишь в контексте Суры и лишь служат подтверждением ритуала, о котором идет речь в указанном выше фрагменте библейского повествования.
В переводе Арберри (Коран перевод, Оксфорд, 1964) употребляются слова тогда, затем для того, чтобы отобразить хронологическую последовательность и, таким образом, развить аргумент о том, что повествование об Измаиле и Исааке подразумевает некоторую продолжительность, протяженность во времени. Тем не менее, Пикстол не отразил этот момент в переводе. Сэйл (Ворн и Ко, стр. 336-337), очевидно, полагают, что дуализм мнений возник из-за двух сыновей, о которых идет речь в переводе, хотя из его перевода явствует вполне однозначный вывод. Более того, речь идет об абсолютно противоположном. Перевод Дэвуда следует за текстом, как это мы можем наблюдать у Пиктола, и просто повторяет ту же самую идею об Исааке в 37:112.
Абдулла Юсуф Али в своем комментарии (Текст Корана, Перевод и Комментарий (The Qur’an, Text, Translation and Commentary), Тахрике Тарсиле Коран инк, 1987 г. печать, стр. 1205) приводит весьма убедительный аргумент о том, что Измаил был сыном Авраама на протяжение четырнадцати лет, но Исаак никогда не был сыном Авраама. Он полагает, что этот аргумент, выдвинутый сторонниками позднего иудаизма и христианства оказал влияние на развитие теории о более молодой ветви семейства, а именно той, к которой принадлежал Исаак. Тем не менее, из археологических раскопок и древних текстов, нам становится доподлинно известно о том, что это — истинное значение текстов древних библейских свитков, которые существовали во времена Иисуса Христа; к тому же, этот текст уже был понятен во времена Мухаммеда. Этот текст является частью библейского Писания. Однако же, нам также известно о том, что в то время, о котором повествует Писание, Измаил и его мать Агарь были высланы. Это произошло по причине конфликта между Агарь и Сарой. Таким образом, Авраам остался с Исааком, единственным сыном; именно это и подразумевается в упомянутом выше фрагменте Библии.
The text of the Quran does not contradict the biblical narratives of the book of Genesis. In addition, the Qur’an confirms the fact that the interpretation of rabbinic Judaism, according to which Isaac was actually sacrificed, is fundamentally wrong. In addition, the true understanding, as stated in the Sura, is how Muhammad understood it, according to the biblical text. And indeed, that is how it should be. However, if one asserts that Ishmael is in question, from the very structure of the text, then the ritual of the fragment implies the absence of conflict. Emphasis is also placed on the requirement of the inadmissibility of ancient systems among the God of the Arabs and Israelites, both in bodily and spiritual terms. The covenant of God is obligatory for the faith and the descendants of Abraham, no matter what the religious orientation of people.